Каждый хозяин своей судьбы.

 

Эту статью я посвящаю своим детям‑

Михаилу, Ольге и Инне,

а также своим внукам –

Сергею, Елене и Семёну.

«Как я могу усталость превозмочь,

Когда лишен я благости покоя?».

В. Шекспир, Сонет N28.

«Единственная настоящая ошибка –

Не исправлять свои ошибки».

Конфуций

Я стою и смотрю на них. Я много раз уже видела эту картину, но вот снова и снова смотрю на них и не могу оторваться от созерцания этой толпы.

 

Я приглашаю и вас зайти со мной в зал Третьяковской галереи и встать метрах в трех‑пяти от картины Александра Ивáнова «Явление Христа народу». Знаете, чем больше я на нее смотрю, тем больше понимаю, что эта история, рассказанная нам почти 150 лет назад и повествующая о событиях 2000‑летней давности, на самом деле рассказывает и показывает нам самих себя сегодняшних. И магия этого полотна такова, что, внимательно вглядываясь в персонажи, ее населяющие, вы понимаете, что и в сегодняшней жизни можно уподобиться каждому из них.

Вот интеллектуальный и эмоциональный центр – Иоанн Предтеча. Посмотрите как вдохновенно его лицо, буквально слышишь его пламенную речь. И разве мы с вами не бываем такими же страстными защитниками и провозвестниками некой идеи?

В конце ХIХ века английский поэт Редьярд Киплинг написал:

«Владей собой среди толпы смятенной,

Тебя клянущей за смятенье всех».

(перевод С. Я. Маршака)

Да, вспомните, и нам ведь не всегда удаётся СОВЛАДАТЬ с собой! О, это бывает так сложно, когда тебя слушает РАБ, не способный на ПОСТУПОК; любопытствующий мальчишка или дрожащая от страха и непонимания происходящего публика. А ЕГО УЧЕНИКИ, на которых, собственно, вся надежда (что поймут, поддержат) затеяли дебаты за его спиной! А Фома…, ну на то он, собственно и Фома, чтобы, поджав губы и потупив взор, всем своим видом демонстрировать НЕВЕРИЕ.

Увы, мы далеко не всегда понимаем, что УЧИТЕЛЬ приходит только тогда, когда УЧЕНИКИ ГОТОВЫ. Иоанн же хотел ЧУДА. Хотел, чтобы все вдруг поверили, возрадовались бы, и пошли бы за ним и за учителем. И опять вспоминается Киплинг:

«Останься тих, когда твоё же слово

Калечит плут, чтоб уловлять глупцов»

А ведь о чуде в этой толпе думают все. Только думают о нём по‑разному: одни с любопытством, другие – со страхом, третьи – с недоверием. И здесь мы опять‑таки узнаём себя, потому что когда болеем – хотим чуда исцеления, забывая посмотреть в себя и найти в себе причину заболевания. Когда нас не устраивает какая‑либо сторона нашей жизни снова, не заглядывая в себя, ждём чуда – «вот приедет барин – барин нас рассудит», то есть опять же ждём Мессию (картина Ивáнова, кстати, сначала называлась «Явление Мессии»).

Но есть в этой картине, то есть в этом рассказе, одна потрясающая тайна, которая одновременно является и загадкой нашей жизни.

Итак, прямо перед нами толпа, внимающая Иоанну Крестителю. Слева от нас Ученики Христа, которые должны, по идее, первыми откликнуться и на призыв Иоанна, и на приход Меccии. Есть здесь и власть – она справа от нас. Это всадники, то есть солдаты и стройная колонна фарисеев, ‑ старцев, отвергающих Христа в образе Мессии. Всех этих людей Ивáнов располагает на переднем плане картины. А далеко вдали маленькая фигурка того, кого все так ЖДУТ, на кого так НАДЕЮТСЯ, даже и не веря вовсе в его приход.

Но загадка Ивáнова заключается в том, что здесь, в толпе, среди людей, слушающих Иоанна, есть точно такой же человек, как тот, кого мы видим вдали. Только тот, кого мы видим далеко, идёт к нам лицом, но он так далеко, что лица‑то его мы не видим (потому что образ Мессии у каждого свой). А тот, кто стоит здесь, среди нас, стоит к нам спиной, и мы вовсе не замечаем его, потому что ОН – один из нас, значит, что же в нём такого особенного? «Лицом к лицу лица не увидать!». И вот в этом‑то самая большая МИССИЯ Иванова, огромный смысл его двадцатилетнего труда и замечательная задача для нас:

Увидеть, разглядеть, узнать в себе то самое Божественное начало, и понять, что для каждого из нас Мессия не просто пришёл. А вовсе никуда не уходил! Мы от него отворачивались, к нему не прислушивались, его гнали – это другой вопрос! Но он всегда здесь, в каждом из нас. Говорят, Бог стоит у каждой двери, но только входит лишь тогда, когда его просят об этом.

Поэтому действительно лучше Святого Франциска Ассизского не скажешь:

«Помоги мне, Господи, не столько

Хотеть быть понятым, сколько ПОНИМАТЬ.

Не столько хотеть быть любимым, сколько ЛЮБИТЬ.

И тогда случится ЧУДО!

И одно ЧУДО последует за другим,

И не будет конца ЧУДЕСАМ!»

Продолжаю прогулку по залам музея, и чем больше вглядываюсь в сцены из жизни, запечатлённые в полотнах Мастеров, тем больше понимаю, что эти картины – окна в сегодняшнюю жизнь. Да‑да, окна, но не в особняки или трущобы XIX века, а окна в нашу с вами современную историю. К сожалению, ничего, кроме интерьера, дизайна, моды и лексики не изменилось. Вот, например, картина П.Федотова «Игроки». И Пушкин, и Гоголь, и Достоевский‑все писали об этой разъедающей личность страсти. А что же сегодня мы с вами видим в каждом втором телесериале? К сожалению, такие же, как на картине Федотова, опустошённые лица, такие же «мертвые души» и такое же, освещенное неверным светом, «мёртвое» пространство. Поменялся лишь лексикон и, вместо «…милостивый государь, Ваша карта бита…», мы сегодня слышим: «За базар ответишь, на счётчик поставлю».

Вспоминается одна притча.

Один человек умер и видит себя в чудесном доме, о котором он всегда лишь мечтал. Осмотревшись, человек почувствовал, что не прочь был бы перекусить. Только появилась такая мысль – тут же он увидел накрытый стол, а яства на этом столе были такие, о которых он и мечтать не мог. Ну, уж поел, так и выпить захотелось. Сразу же появились напитки, да какие! – самые изысканные. Когда был утолён голод и жажда, естественно, захотелось общения. И в тот же миг возникла женщина. Да не просто женщина, а женщина его мечты! Ну а дальше…! Ещё один ужин, ещё один аперитив, ещё один секс и далее по кругу… Через некоторое время человек почувствовал жуткую опустошенность. Все его желания выполнялись по мановению волшебной палочки, а у него не было…РАДОСТИ! И он воскликнул: «Господи! Я понимаю, что я в Раю (правда, не знаю за что!), но дай мне на Ад хоть глазочком посмотреть! А ему голос: «Как же так, ты разве до сих пор не понял, где ты находишься?»

Так же и мы сами создаём себе «ад» своими неутолёнными, неукротимыми, а, порой, и невыполнимыми желаниями. И вы понимаете, я надеюсь, что речь не идёт о пуританстве или ханжестве. Нет! И мы с вами на страницах предыдущих книг об этом много говорили.

Речь идёт только о том, что когда какое то или какие‑то наши желания становятся на первое, важнейшее, единственное, Божественное место, когда ОНО (желание) занимает всё пространство нашей мыследеятельности, когда ОНО подчиняет нас СЕБЕ, вот тогда наша душа погружается в ПУЧИНУ СТРАСТИ. Но страсти, НЕ ВОЗВЫШАЮЩЕЙ нас как творческое начало, а страсти, РАЗЪЕДАЮЩЕЙ душу как ржавчина.

Однажды профессор философии, стоя перед аудиторией, взял пятилитровую банку и наполнил её камнями, каждый не менее 3‑х см в диаметре. Наполнив банку, он спросил студентов, полна ли банка? Ответили: да, полна. Тогда профессор открыл банку горошка, всыпал горошек в большую банку и немного потряс её. Естественно, горошек занял свободное место между камнями. Профессор ещё раз спросил студентов, полна ли банка? Ответили: да, полна. Тогда он взял коробку песка и высыпал его в банку. Естественно, песок опять‑таки полностью занял всё существующее свободное пространство. Ещё раз профессор спросил студентов, полна ли банка? Ответили: да, вот теперь окончательно полна!

«А теперь я хочу, – сказал профессор, – чтобы Вы поняли, что «банка» – это Ваша ЖИЗНЬ. «Камни» – это важнейшие вещи Вашей ЖИЗНИ: здоровье, семья, дети, друзья – всё то, что необходимо человеку, чтобы жизнь всё‑таки оставалась полной даже в том случае, если всё остальное потеряете. «Горошек» – это то, что лично для Вас является важным: работа, дом, автомобиль. А «песок» – это всё остальное, – МЕЛОЧИ! Если сначала наполнить банку песком, то не останется места, где могли бы разместиться камни и горошек. Точно также и в нашей жизни, если потратить всё время и силы на мелочи, не останется места для важнейших вещей. Поэтому самое важное – это определить Ваши жизненные ПРИОРИТЕТЫ! Остальное – только песок.»

Вот это совет – «определить свои приоритеты»! Легко сказать! Ведь именно с этим‑то всегда большие сложности. И начинается всё как всегда, естественно, с детства, потому что « все мы родом из детства»

Всё начинается хотя бы с того, что ребёнок, получая в подарок игрушку, не радуется подарку, а злится, что точно такую же, а может даже лучшую вещь, подарили другому ребёнку. А дальше события продолжаются уже в школе, когда, например, девочка начинает злиться и нервничать, что её подружка дружит с ещё одной девочкой. И однажды, когда эта подружка, обидевшись, не хочет сесть за одну парту с нашей героиней, барышня, прервав урок, встаёт и демонстративно уходит из класса, громко хлопнув дверью. Урок сорван, дети взбудоражены, но ей‑то что за дело? Ей не дали то, что она хотела, не удовлетворили её желания!

Кроме того, были любящие родители, наперегонки удовлетворявшие любые запросы, которые с годами, как понятно, возрастали. Они буквально «лезли из кожи вон», чтобы порадовать свою девочку. А пресыщенная девочка (прямо как в той притче) ни от чего особой радости и не испытывала, потому что, похоже, не умела этого делать. Орган, испытывающий радость, был у этого человека атрофирован, а потому со всеми людьми был один принцип общения: «пойди сюда – пошёл вон» Вот такие приоритеты! Короче говоря, Вы поняли – такой современный вариант Старухи из «Сказки о рыбаке и рыбке» А. С. Пушкина. Ну, как и положено героине такого амплуа, она‑таки оказалась у разбитого корыта, то есть получила проблемы в полном наборе: гипертонию, гайморит и псориаз. И весь этот список у тридцатилетнего человека!

Из предыдущих моих книг – «Найди себя на пути к себе» и «128 страниц о любви», вы знаете, что я предлагаю только один рецепт.

Это «археологические раскопки» своей жизни, своей судьбы; жизни своей семьи; осмысление и понимание проблемы и таким образом освобождение от своих как ментальных, так и эмоциональных блоков и, как следствие, от физических недугов, то есть от болезней.

Иными словами, только в случае такой кропотливой работы СЛУЧАЕТСЯ ЧУДО. Так что получается, что эта книга – своеобразное завершение трилогии. Ну, сами подумайте, если найти СЕБЯ на пути к себе, если наполнить СВОЁ СЕРДЦЕ ЛЮБОВЬЮ, то есть ВЫЧИСТИТЬ СВОЁ ПРОСТРАНСТВО, убрав Гордыню, Зависть, Гнев, Неблагодарность и Уныние, при этом не Лениться эту чистку совершить и не Лгать себе, что ты, мол‑де, такой «белый и пушистый», только вот врагов и недоброжелателей полным‑полно….Вот если всё это сделать, а именно это и называется ЛЮБОВЬЮ, то, как результат, случается ЧУДО, Потому что ЧУДОМ называется обретение СЕБЯ, объединение Себя с Собой, а, следовательно – с Целым. А на физическом уровне это проявляется здоровьем, хорошим настроением, радостью и счастливыми поворотами в судьбе.

Возможно, кто‑то скажет: «Сказки! Не верю, надоело!» Ну что ж, дорогие мои, вероятно вы, как всегда, ПРАВЫ!

Правы, потому что сама идея ВЕРЫ предполагает элемент сомнения, В то время как Истинное Знание, да ещё добытое собственным путём, собственным поиском, методом своих проб и своих ошибок – не оставляет места скептицизму. Поэтому читайте эту книгу и проверяйте каждый извлеченный из неё урок! Все ситуации и истории, оживающие на страницах книги, пропускайте через себя, через свои проблемы и беды и пытайтесь увидеть свои ошибки и тут же их исправить.

И тогда, быть может, к вам придёт УБЕЖДЕНИЕ, что каждый человек может быть сам ХОЗЯНОМ СВОЕЙ СУДЬБЫ и для этого лишь достаточно научиться смотреть на себя очень честно и беспристрастно, но при этом быть по отношению к себе не прокурором и даже не судьёй, но АДВОКАТОМ! А это значит понять и простить себе все ошибки, все промахи и заблуждения. А следом за собой понять и принять МИР, то есть войти в ГАРМОНИЮ И ЖИТЬ В ГАРМОНИИ с собой и с миром. Ведь своя СУДЬБА – это всё равно как свой ДОМ, где обязательно должен быть порядок, чистота и красота, иначе дом превращается в ночлежку, где холодно и бесприютно.

Однажды получаю письмо, которое правильнее было бы назвать «вопль души». Женщина 45 лет пишет мне о том, что она не любит свою мать и страшно мучается этим, так как умом понимает, что это безнравственно, понимает также, что мать ждет от неё любви, а она, моя корреспондентка, – не может её дать! Ну, ничего в душе, кроме раздражения, НЕТ, Но ведь это раздражение она показать не может! А дальше – заколдованный круг.

Вот теперь давайте попробуем вместе разобраться в этой драме. А знаете, почему я приглашаю вас в собеседники? Да потому, что мой опыт показал, что, к сожалению, эта проблема в той или иной степени присутствует практически в каждой второй судьбе, просто не каждый человек готов сам себе признаться в этом.

Итак, совсем как у А.С.Пушкина, «…она звалась Татьяной».

В детстве у Тани было всё, что и должно быть у маленькой девочки – мама, папа, бабушка, дедушка. Её водили в детский сад, ну, в общем, всё как положено. Но вот в её памяти возникает любопытное воспоминание. Родители однажды пошли в магазин и взяли девочку с собой. В магазине было много людей, и мама велела дочке встать в уголочке и подождать родителей. Танечке показалось, что она стоит уже очень долго, и малышка испугалась, что родители её забыли! Но Таня была девочкой самостоятельной, да и магазин был недалеко от дома, поэтому, недолго думая, она развернулась и пошла домой. Шла и была очень довольна собой: ведь она не растерялась, нашла дорогу, короче говоря, она – молодец и достойна похвалы! Но не тут‑то было! Сначала её наказала бабушка, потом прибежали испуганные родители и первое, что сделала заплаканная мать, увидев живого и невредимого ребёнка, – отлупила дочь. Но вот чего не сделали родители? Они не поговорили с дочкой, мама не обняла Таню, не рассказала ей, как она её любит, как волновалась, не увидев её в магазине, как она счастлива, что все волнения позади. Нет, никаких слов сказано не было, а вместо них был ремень.

Расскажу вам сказку.

За день до своего рождения ребёнок спросил у Бога:

– Я не знаю, зачем я иду в этот мир. Что я должен делать?

Бог ответил:

– Я подарю тебе ангела, который всегда будет рядом с тобой. Он всё тебе объяснит.

Но как я пойму его, ведь я не знаю его язык?

– Ангел будет учить тебя своему языку. Он будет охранять тебя от всех бед.

– А как зовут моего ангела?

Неважно как его зовут, у него много имён. Ты будешь звать его «МАМА».

Ох! Уже слышу гневно‑ироничные голоса моих оппонентов: «что же это такое? Значит, надо всё ребёнку разрешать? Пусть вообще делает что хочет? Полная вседозволенность!!!» Смею вас уверить, что я ни в коем случае не проповедаю анархию! Конечно же, с самого раннего возраста маленький человек должен знать слово «можно» и слово «нельзя». Естественно, с «младых ногтей» должны быть заложены этические и морально‑нравственные нормы. И вообще, как говорится, воспитывать ребёнка надо пока он «лежит поперёк лавки», а не то потом будет поздно. Всё так! Но верно также и то, что ни один человек не вырастает без шалости, без вредности, без каких бы то ни было нарушений правил, ну и, наконец, без ошибок! Прежде всего, потому, что человеку вообще свойственно делать ошибки.

А отсюда следует, что если ребёнок совершил ошибку, то он имеет полное право на то, чтобы ему объяснили, в чём он был не прав. А вот этих‑то разговоров и обсуждений в этой семье и не было.

В фильме «Бабочка» (режиссёр Филипп Мюиль) один старик спрашивает маму маленькой девочки:

– Скажите, пожалуйста, а Вы говорите своей девочке, что Вы её любите?

– А зачем ей говорить об этом, – спрашивает мама, – она и так это знает.

– Нет, – говорит старик, – эти три маленьких слова надо обязательно произносить! А если их не произносить, то в жизни бывает много бед. Вот и в моей жизни было много горького, потому что я никогда НЕ МОГ произнести эти три маленьких слова… Тогда мама подходит к дочке и говорит:

– Эльза, я тебя люблю, а ты ведь меня тоже любишь, да? –

Чувствуете, ей нужен прайс‑лист! Вот не просто «люблю», а люблю только в ответ!

Потом женщина снова обращается к старику и говорит:

– А в чём, собственно, дело? Моя дочь обута, одета, накормлена, что ещё надо?

– Всё правильно, – говорит старик, только ЭТО – работа МАТЕРИ. Мать должна одеть, обуть, накормить, обучить. А у МАМЫ совсем другая работа!

Любить, вместе с ребёнком страдать и радоваться, говорить и молчать, вовремя прийти и вовремя отойти, одним словом быть «АНГЕЛОМ ХРАНИТЕЛЕМ»

Но вернёмся к моей корреспондентке.

Татьяна вспоминает, что однажды мама сообщила ей новость: скоро у неё родится братик. Пятилетняя девочка очень обрадовалась этому сообщению, но, представляете, что она сказала маме:

– Как здорово, мамочка, что у меня будет младший братик!

Но только давай никогда не будем его ругать и наказывать!

Я далека от мысли, что родители Тани были какие‑то изверги и только и делали, что с утра до вечера ругали и наказывали девочку. Нет, конечно же, нет! Но эта реплика девочки говорит только о том, что она очень болезненно воспринимала эти наказания. А ведь недаром говорится: «имеющий уши да услышит». Но никто и не думал слушать, сколько в словах Тани боли и беззащитности, мама посмеялась над словами дочери и потом много раз пересказывала их всем родственникам и знакомым в качестве анекдота.

Но вот, наконец, родился Костик, Танюшкин брат. Девочка была наверху блаженства! Малыш ей очень нравился, она с удовольствием помогала взрослым ухаживать за ним и то, что её каждый день отправляли в детский сад, воспринимала не иначе, как ссылку. Но вот однажды её группа пошла в кино. Вдруг у Тани сладко заныло сердце, потому что она поняла, что они идут по её улице, и прямо‑таки мимо её дома! Она тихонечко нырнула в свой подъезд и, затаив дыхание, нажала на кнопку звонка… О чём она думала в этот момент? Она видела себя героиней! Она думала о том, как обрадуется бабушка (ведь ей так трудно с малышом, а Таня‑то – помощница), о том, как мама будет всем рассказывать, какая у неё ответственная девочка. Увы! Естественно, у взрослых была совсем другая реакция. Бабушка накричала и подкрепила свой праведный гнев несколькими подзатыльниками. Мама, придя с работы, отлупила и поставила в угол. Ну а что было назавтра в детском саду и сказать невозможно: всем детям целый день было запрещено общаться с Таней.

Теперь давайте разберёмся, была ли Таня права, сбежав домой? Естественно, НЕТ. Был ли тут, как говорят юристы, состав преступления? Конечно, да, был. Да, Таня была виновата, прежде всего, перед воспитательницей, которая, наверное, поседела за то время, пока не выяснила, что с девочкой ничего не случилось. Таня была непослушной, своевольной и нарушила дисциплину. Всё так. Но, во‑первых, за одно преступление не наказывают трижды! А во‑вторых, с девочкой опять НИКТО НЕ ПОГОВОРИЛ! Никто, ни мама, ни папа, ни бабушка, ни воспитательница не поинтересовались, что делалось в этой пятилетней головке, что заставило абсолютно нормальную и адекватную девочку так поступить? Все взрослые усмотрели в её поступке простое хулиганство. И только на наших занятиях в возрасте 45 лет она поняла, что случилось в её жизни 40 лет назад. Мне пришлось выполнить работу её близких и объяснить Тане, как она заставила волноваться и страдать взрослых и почему они так прореагировали. А вот объяснить, почему с ней не поговорили ни в этот раз, ни в каких‑то других случаях, было сложнее. Но моей задачей было не жалеть Татьяну, не сочувствовать ей, не поливать её «горькую» судьбу слезами и ни в коем случае не обсуждать или осуждать её близких и, уж конечно, не оправдывать её нелюбовь к маме.

Моей задачей было сделать так, чтобы моя собеседница сама поняла, что, во‑первых, всё, что с нами происходит всё – НАШИ УРОКИ, во‑вторых, что мы получаем эти уроки не просто так, и всегда в нас самих есть некая провокация.

Ну и, наконец, мне очень хотелось, чтобы Таня поняла, что её память хранит так много обид вовсе не потому, что их действительно было много больше, чем радости и любви, и что родители её ругали не потому, что были злыми или жестокими, а потому, что хотели, чтобы она выросла хорошим человеком. А вот почему они выбирали такие методы – это тоже должно было стать предметом нашего отдельного разговора, и мы с вами к этому обязательно вернёмся.

Ну, вы, наверное, уже поняли, что я очень люблю притчи, и в данном случае я начала разговор с притчи, потому, что почувствовала напряжение в глазах моей собеседницы. «Какие ещё уроки, какие провокации! Меня обижали, и я не могу это забыть и простить, а Вы тут со своими глупостями!» – читалось во всём её облике и мне хотелось, чтобы она сама выбрала направление нашей работы. Итак,

ПРИТЧА О ДВУХ ВОЛКАХ.

Как‑то давно один старик открыл своему внуку одну жизненную истину.

– В каждом человеке идёт борьба, очень похожая на борьбу двух волков. Один волк представляет зло – зависть, ревность, сожаление, ложь. Другой волк представляет добро – мир, любовь, надежду, доброту, радость, верность.

Маленький внук задумался над словами деда, а потом спросил:

– А какой же волк побеждает, в конце концов?

Дедушка чуть заметно улыбнулся и ответил:

– Всегда побеждает тот волк, которого ты кормишь.

Всё‑таки велика сила искусства! Глаза моей собеседницы потеплели, похоже, Таня невольно задала себе вопрос,

а кого же кормит она?

Мне очень хотелось, чтобы Татьяна сама поставила той маленькой девочке оценку, то есть сама бы увидела свои нарушения, а, следовательно, поняла бы свои уроки. Естественно, с каждым человеком надо говорить на «его языке». Татьяна на момент нашей встречи была преуспевающей «бизнес‑леди», руководительницей довольно крупной фирмы. Вот я и спросила её, как она относится к вопросам дисциплины, позволяет ли она, руководитель, самовольные отлучки своих подчинённых, понимают ли её подчинённые, что такое субординация и как выстраиваются у неё на предприятии отношения между руководящим и рядовым составом.

Итак, рассуждая, как руководитель, она вдруг поняла, что в том маленьком человечке жила преогромная ГОРДЫНИЩА! Это же надо ВСЁ ЗА ВСЕХ РЕШИТЬ! И все семейные решения принимать самостоятельно, в то время как «семейная азбука» начинается со слова «МЫ». Ну а уж, коль скоро ошибка была найдена, следовательно, урок был усвоен, осталось только завершить процесс.

Да, «завершить процесс»…Казалось бы, чего тут завершать? Все всё поняли, ну и славно! Но в том‑то и дело, что если не завершить эту работу, то очень скоро человек опять повторяет ту же ошибку, как мы говорим «наступает на те же грабли». Вот я и дала моей ученице такое задание: пролистать книгу своей жизни (а и не такая уж объёмная книга – всего‑то 45 страничек), так вот, пролистать её, найти все проявления гордыни , простить и отпустить их себе, используя ту самую «формулу прощения», которую мы так подробно разбирали на страницах первых двух книг. Ещё раз позволю себе остановиться на каждом этапе.

Во‑первых, зачем нужны возвраты к прежним событиям.

Один из героев книги Людмилы Улицкой говорит, что «в жизни каждого человека есть две важные книги: Библия и книга его собственной жизни». И вот ведь беда! Обе эти книги нами не востребованы! К Библии не приучены, не понимаем, не можем разобраться, а чтение книги собственной жизни считаем просто пустой тратой времени, в то время как, не устранив ошибки в прошлом, мы обязательно будем их совершать в будущем.

Вспомните свои школьные годы – хороший учитель обязательно требовал сделать « работу над ошибками », и мало было просто понять, что слово «корова» надо писать через «О», надо было написать три строчки этой «коровы», чтобы и глаз, и рука привыкли и запомнили. Вот так и здесь – мало просто понять, что проявлять гордыню плохо, надо ещё уметь её, любимую, распознать, потому что в одном случае – это нарушение чужой территории; в другом – навязывание своего мнения или своего видения ситуации; в третьем случае она может выглядеть как неблагодарность или уныние. Короче говоря, каждый случай должен быть осмыслен, разобран и отпущен.

Вот, кстати, интересная ситуация, которую мы разбирали вместе с Татьяной.

Ей было 22 года, она была очень хороша собой, в ней бурлила молодость, хотелось « всё, сразу, сейчас же, а ещё лучше – вчера ». Её молодой человек, как сейчас говорят «бой‑френд», занимался каким‑то бизнесом, но Таня видела себя не подругой бизнесмена «средней руки», нет, ей представлялось, что она должна быть женой директора банка. И наша девушка взялась «делать из молодого человека директора банка». Заметьте, кавычки стоят потому, что это ЕЁ слова, то есть это цитата. Иными словами речь шла не о том, чтобы помочь молодому человеку получить соответствующее образование, или поддержать его в каких‑то начинаниях, или вообще делать что‑либо по его просьбе. Нет! Она так вот волюнтаристски решила, что этот человек должен быть директором банка. Аргументы? – пожалуйста! – раз он рядом с ней, значит должен занимать достойный пост. Естественно, я задала вопрос о личности молодого человека: кто он, каково его образование, его характер, на что получила вполне лаконичный и весьма образный ответ: «пирожок ни с чем» Вот так характеристика! Следующий мой вопрос, как же такой человек может заниматься делом, требующим достаточно большого набора личностных качеств, остался без ответа. Но нас с вами интересует не молодой человек, а наша барышня и ситуация, которую мы с ней разбирали. Так вот, дело‑то было в том, что когда она, пустив в ход всю свою неуёмную энергию и обширные связи, выбила‑таки для него этот вожделенный пост и была уверена, что роль жены уже ею ангажирована, молодой человек «повернулся к ней спиной» и недвусмысленно дал ей понять, что больше в ней не нуждается. Татьяна, естественно, восприняла его уход как предательство. И 20 лет, вплоть до нашей встречи, была уверена, что так много сделала для этого человека, а он ответил ей черной неблагодарностью и ПРЕДАЛ! Вы знаете, всё решил один‑единственный мой вопрос. Я спросила Таню, любит ли она, чтоб её насиловали. Она посмотрела на меня как на сумасшедшую: как это можно вообще обсуждать? Кто это может любить? И, знаете, вдруг осеклась, было такое впечатление, что она как бы споткнулась обо что‑то.

– Это что же получается, – спросила она шёпотом, – что насиловала я???

– Естественно, – ответила я, обрадовавшись, что Таня сама сделала такой важный вывод.

Дальше мы говорили о том, что были нарушены, а я бы даже сказала, проигнорированы ДВА важнейших КОСМИЧЕСКИХ ЗАКОНА:

НИЧЕГО НЕ ДЕЛАЙ, ЕСЛИ ТЕБЯ НЕ ПРОСЯТ

И НИЧЕГО НЕ ДЕЛАЙ, НЕ ДУМАЙ, НЕ ГОВОРИ ТОГО, ЧЕГО НЕ ХОЧЕШЬ, ЧТОБЫ БЫЛО ТЕБЕ.

Давайте разберёмся: её просили о помощи, о каком– либо участии? НЕТ. Она, в общем‑то, решала СВОИ проблемы на ЧУЖОЙ территории. Что это такое, как ни НЕУЁМНАЯ ГОРДЫНЯ?!

Ну а со вторым законом совсем просто, если человек задаёт себе вопрос: «хочу ли я этого?» В данном случае, хочу ли я, чтобы меня принуждали, заставляли делать то, что мне совсем не хочется, хочу ли я насилия над моей личностью? И если человек, задавший себе этот вопрос, отвечает «НЕТ, Я НЕ ХОЧУ, ЧТОБЫ КТО‑ЛИБО НАРУШАЛ МОЁ ЛИЧНОЕ ПРОСТРАНСТВО», тогда он всегда будет корректен по отношению к другому человеку, и не будет вторгаться в жизненные планы других, даже самых близких людей.

А теперь посмотрите внимательно в себя и вспомните те случаи, когда вы давали советы, в то время как никто вас об этом не просил, Что было потом? О, потом вы очень обижались на то, что ваш совет проигнорировали, (особенно, если… совет был дан детям, а эти неблагодарные…). Или вспомните, например, те ситуации, когда вы точно знали, как человек должен был поступить, а он поступал совершенно по‑другому, по‑своему и это вас раздражало, сердило! Вы видели или предполагали, какие ошибки или преграды ему предстоят, вы хотели его предостеречь или уберечь, а он вас не слушал и шёл своей дорогой. Поймите меня правильно! Нет ничего плохого в САМóМ ЖЕЛАНИИ дать совет. Нужно только понять весьма простую, но довольно сложную для нашего сознания мысль, что, во‑первых, совет можно дать только в том случае, если его ХОТЯТ УСЛЫШАТЬ. Иными словами, скажите человеку: «Знаешь, я бы мог тебе дать совет». Уверяю вас, что только в этом случае вы увидите в глазах вашего собеседника заинтересованность, а, следовательно, готовность вас услышать. А во‑вторых, если ваш совет остался не реализованным, то в этом нет никакого для вас оскорбления, потому что ваш голос СОВЕЩАТЕЛЬНЫЙ, и любой человек имеет право на собственный ПУТЬ.

Так я вот о чём, если вы всё‑таки вгляделись в себя и увидели такого рода проявления СВОЕЙ ГОРДЫНИ, то быстренько освободитесь от неё так, как сделала это моя Татьяна, когда вдруг «прозрела» и увидела всё в истинном свете, а не так, как она себе это представляла.

Каким образом Тане удалось освободиться от этой проблемы? Она как бы вернулась в тот возраст, к той двадцатилетней девушке и объяснила ей все то, о чём мы с ней говорили. Она рассказала этой алчной и самоуверенной барышне, что вся проблема была ЕЮ сформирована. Она добилась, что та Таня поняла, что её ГОРДЫНЯ – её собственное изобретение и если кто‑то и был виноват перед ней, то это только она сама, а раз так, то ничего другого не остаётся, как только простить себя.

Да‑да, простить и отпустить, потому что нельзя быть по отношению к себе ни безжалостным судьёй, ни непримиримым прокурором, но только добрым и всё понимающим другом!

А вот для того, чтобы эта проблема ушла окончательно и как бы рассосалась, нужно сделать некое завершение (назовём это упражнением). Если вы помните, в двух первых книгах я знакомила своих читателей с «формулой прощения», которая выглядела как такое длинное слово «простипрощаюотпускаю» и, как мне казалось, довольно подробно объясняла, как именно надо произносить это словосочетание, чтобы оно сыграло свою роль «волшебного ластика» . Однако же опыт показал, что не все объяснения были правильно поняты, поэтому попробую объяснить ещё раз.

Ну, во‑первых, давайте разберёмся для чего, с какой целью мы будем делать эту работу? Чего мы хотим? Я полагаю, всем очевидно, что хотим мы от чего‑то освободиться! То есть мы хотим сбросить тот груз, который тяготит, болит, мучает. Ну, теперь представьте себе, что вы идёте по дороге, а на вашем пути лежит камень и мешает вам. Вы поднимаете этот камень и хотите его выкинуть. Можно, конечно, сразу же разжать пальцы, держащие камень, но тогда он упадет опять на то же место, где и был, да ещё хорошо, если не на ноги. Для того, чтобы этот камень улетел далеко и больше не мешал двигаться, вам надо как следует размахнуться и, как говорится, придать этому камню ускорение! Вот точно также нам надо поступить с тем камнем, который мы носим, и который тоже надо выбросить, придав ему ускорение. Для этого надо «взять» травмирующую вас ситуацию, как следует проговорить, то есть обсудить её с собой, иными словами хорошенько понять почему эта ситуация возникла, в чём её суть, каков ваш вклад в её возникновение и развитие, и в чём ваш урок. Если проводить аналогию с камнем, то считайте, что это обсуждение и есть поднятие камня. Вот если мы после этого обсуждения ничего не сделаем (ну как бы поняли всё и хватит), то это и будет подобно тому, что мы разжали пальцы, и камень наш упал туда же, то есть к нам под ноги. А вы же помните, его надо выкинуть. Как? С обраться и замахнуться. В нашем «ментальном» варианте это означает «взять дыхание», то есть глубоко вдохнуть и на задержанном дыхании начать говорить очень быстро, вибрационно и постепенно выдыхая, нашу формулу – «простипрощаюотпускаю».

И также как камень, получив ускорение, пролетает некоторый путь, так и эта скороговорка, произнесенная многократно, монотонно, на выдохе, но с увеличением силы звука, выкидывается с напряжением заключительного выдоха.

Попробуйте, и если вы сделаете правильно и ЧЕСТНО, то вы сразу ощутите, какое освобождение приносит эта работа.

А мы с моей ученицей продолжаем наши дальнейшие поиски. Ну, вы помните, с чего мы начали наш разговор: Татьяна не любит свою маму, потому, что мама всегда к ней плохо относилась, и у неё тому много доказательств. Вот, например, ещё одна, леденящая душу история, которую она мне поведала.

Однажды Таня с мужем и её брат Костя с женой встретились у мамы. На шее Костиной жены красовалось очень красивое жемчужное колье. Таня залюбовалась им и, обратив внимание мужа на эту красоту, сказала ему, что вот именно о таком украшении всегда мечтала и хотела бы иметь такой жемчуг. В этот момент в комнату вошла мама и, услышав Танины слова, сказала: «А ты такого не достойна!». Напоминаю вам, что я слушаю эту историю в Танином пересказе, и, естественно, спрашиваю: «Что, прямо так и говорит – «НЕДОСТОЙНА»?

– Нет, – говорит Таня, – она, конечно, сказала по‑другому, но именно это она имела в виду.

– А ты – Господь Бог, раз знаешь, что она «имела в виду», – говорю я, – или умеешь читать мысли человека? Я бы хотела услышать цитату! Что сказала мама, войдя в комнату и услышав твой восторг по поводу колье?

– Мама сказала, – говорит Татьяна, – «Ребята, какое колье, какие жемчуга! Вы приехали одолжить денег на квартиру!»

– Вы действительно приехали взять у мамы денег взаймы на покупку квартиры?

– Да.

– Так мама, видимо, так вам и сказала, что, мол‑де, не отвлекайтесь на ерунду, не тратьте деньги по пустякам! А где тут про «НЕДОСТОЙНА»?

Вот так мы нашли ещё одно проявление гордыни – свойственную, увы, нам всем манеру додумывать за других людей и сочинять за этих «других», наших собеседников, целые сценарии, о которых они, подчас, и понятия не имеют. Ну а в какие лабиринты нас же самих заводят эти наши «опусы», я полагаю, каждый из нас хорошо знает.

Так вот, если вы внимательно читали этот эпизод, и он откликнулся в вашей душе какими‑то своими воспоминаниями, НЕ ПРОПУСТИТЕ их, ибо они сразу же осядут тяжелым грузом. Лучше быстренько возьмите СЕБЯ в работу так, как я учила на предыдущей странице, и выкиньте вы эту противную «приживалку», ГОРДЫНИЩУ, из себя, попросите прощения и у себя за то, что портили себе жизнь глупыми фантазиями, и у того человека, которого вы в своих сочинениях сделали злодеем и врагом.

Но самое интересное – это то, что мы обладаем уникальной способностью делать врагом самого близкого и дорогого человека! Знаете, о ком я говорю? Наверное, кто‑то решил, что я имею в виду мужа или жену, брата или сестру, или какого‑либо другого близкого человека. Нет, дорогие мои! Чаще всего мы делаем врагами САМИХ СЕБЯ. И вот тому яркий пример.

Однажды Танина мама заболела. Ей предстояла тяжёлая операция, и Таня сделала всё возможное: положила маму в хорошую больницу, договорилась с лучшим хирургом, оплатила все медицинские услуги – от операции до сиделки в послеоперационный период. И вдруг начались страдания:

– Я виновата, я не знаю, как мне быть… (и этот поток самобичевания было довольно сложно приостановить). Наконец, я прорвалась с вопросом:

– Что произошло, в чём ты виновата?

– Я не делаю то, что на самом деле должна сделать.

– А что же ты должна ещё сделать? Мне кажется, что ты сделала всё, что могла, и что от тебя зависело.

– Я, наверное, должна, – говорит моя собеседница, – оставить свою собственную семью и переехать жить к маме.

– С какой стати?! Откуда такой вывод? Почему или зачем ты должна это сделать?

– Этого хочет мама.

– Вот мама прямо так и говорит: «Брось, – говорит, – мужа, пускай твои дети (мои внуки) растут и живут без матери, а ты, дорогая дочка, переезжай‑ка ко мне»!

– Нет! Мама так прямо не говорит. Но я вижу, как ей грустно, когда мы с ней расстаёмся. В этот момент я прямо‑таки ненавижу себя за предательство.

– Хорошо, – говорю я, – а какие будут глаза у твоего мужа и у твоих детей, когда они узнают, что ты от них уходишь?! Даже не уйдёшь, а только заикнёшься об этом! Ты об этом подумала? Они будут счастливы? Они будут с этим согласны? По отношению к ним ты не будешь чувствовать себя предательницей?

– Буду, буду, буду… – рыдает моя собеседница.

– Так кто же от этого демарша в результате будет счастлив? – спрашиваю я. – Мама? – Нет! – Твоя семья? – Конечно, нет! – Так, может быть, ты сама? Наверное, ты сама при этом будешь, наконец‑то, самым счастливым человеком на свете!

У моей бедняги даже нет сил мне отвечать, она рыдает в голос. Но вот сквозь слёзы всё же слышится: «Нет, я буду самым несчастным человеком на свете! И вот за то, что я не вижу выхода из этой ситуации, я себя НЕНАВИЖУ!»

Ну вот, то, что называется, «приплыли»!

Вот вам наглядный пример того, как самый страшный враг сделался из кого? Правильно – из самого себя! И не нужны нам никакие террористы, никакие взрывные устройства – полное самообслуживание! В саморазрушении достигаем совершенства!

Ну, что ж делать, за всяким разрушением должно идти созидание. Поэтому и получила моя Татьяна задание – убрать со своей территории всё то безобразие, которое она учинила (а как это сделать, вы уже знаете). Затем я спросила её: «Ты, наконец‑то, можешь сказать, что ты сделала для мамы всё, что могла на данный момент?» И вот, представляете, опять началась «сказка про белого бычка», то есть я опять слышу: «Да, но…». «Никаких «НО», говорю я, ответь односложно, сделала ли ты на данный момент всё, что могла?». Вы, я надеюсь, понимаете, чего я добиваюсь? Я, говоря юридическим языком, настаиваю, чтобы Татьяна перестала чувствовать себя преступницей, и чтобы последние бастионы её чувства вины были бы разрушены. Наш диалог длится довольно долго, и всякий раз на свой вопрос я опять и опять слышу уже знакомое нытьё. Но вот минут через 40 нашей дуэли, я, наконец‑то, услышала вразумительное: «Да, я сделала всё, что могла сделать на данный момент». Я попросила повторить эту фразу ещё и ещё раз увереннее и громче, а затем посоветовала ей в течение дня многократно и вибрационно произносить это утверждение. Через два дня мне позвонила Татьяна и, начав разговор со слов: «Я Вас обожаю!», рассказала, что 2 дня, (по её собственному признанию, «ни на что не надеясь»), твердила эту заветную фразу, и вот как раз сегодня, говорит Таня, ей позвонила мама, и весёлым голосом сказала, что хорошо себя чувствует и что вообще у неё всё хорошо. Так что «обожание» я получила в ответ на эти чудесные новости. Ну а теперь давайте попробуем разобраться в механизме этого явления. Что же это за волшебство такое случилось? Проговорила Татьяна некую фразу, проговорила, и мама, как по мановению волшебной палочки, хорошо себя почувствовала. Может быть это я такой «заговор» для Тани придумала, да ещё какой‑нибудь «ахалай‑махалай» изобрела? Нет, дорогие мои, никакой магии!

Дело всё в том, что мы являемся ЗЕРКАЛОМ друг для друга. А что такое чувство вины и беспокойства? Это – ожидание чего‑то плохого, страшного. Поэтому, если Татьяна излучала беспокойство и всё время его транслировала, то мама (как зеркало) ей его возвращала. Вот, собственно, и всё. И когда при помощи этого нехитрого упражнения чувство вины было стёрто, а в душе поселилось уверенность в том, что всё хорошо и спокойно, «зеркало» отразило и это. Вот видите, как, оказывается, просто СОТВОРИТЬ ЧУДО!

Ну а теперь, мне кажется, пришло время вернуться к началу этой истории и подумать о том, почему между такими близкими и дорогими друг другу людьми сложились весьма непростые и негармоничные отношения.

Я позволю себе напомнить вам, что основная проблема моей героини заключалась даже не столько в том, что её наказывали в детстве и эти наказания оставили «рубцы» в её душе, сколько в том, что она считала себя недолюбленной и недоласканной.

Для решения этой задачи мне было важно, чтобы Таня поменяла роль обвинителя (они меня не любили, и они в этом виноваты!) на роль «заинтересованного лица» и задалась бы вопросом «почему? Как случилось, что человек вырос без багажа ЛЮБВИ!?!»

Ведь вы, я надеюсь, понимаете, что если человек не говорит о любви, это отнюдь не значит, что он не любит, но это только значит, что он НЕ УМЕЕТ ОБ ЭТОМ ГОВОРИТЬ. Но тогда возникает следующий вопрос, почему человек не умеет сказать о своём чувстве? Помните песню, в которой были такие слова:

«О любви не говори, о ней всё сказано,

Сердце, полное любви, молчать обязано».

Лично у меня возникают вопросы: если «о ней всё сказано», значит, сказано кем‑то, в таком случае, почему кто‑то мог говорить, а я не могу или не должна говорить о том, что меня переполняет? Кроме того, почему должно молчать сердце, наполненное этим чудесным эликсиром, называемым любовью? Так не случайно говорят, что песня – душа народа. И мне кажется, в наших традициях была вот эта замкнутость, зажатость в отношении выражения своих чувств, Причём почему‑то именно в выражении высоких, красивых эмоций. Ведь вот когда надо кого‑то ругать или выплеснуть свою неприязнь, или даже ненависть к человеку, – не вопрос! Всё делалось и делается весьма свободно и со вкусом! А вот когда о любви… ну просто язык проглатываем.

Вот в свете всех этих размышлений я и спросила Таню, каковы были отношения её мамы и бабушки? То, что я услышала, было весьма грустно: оказалось, что маму растила вовсе не бабушка, то есть мамина мама, а тётя, у которой было трое своих детей, и девочка чувствовала себя лишней в этом доме. И когда, наконец‑то, они объединились (мама со своей мамой, то есть с Таниной бабушкой), а случилось это только тогда, когда девочке исполнилось 7 лет, они были, естественно, совершенно чужими людьми. О какой нежности и свободе выражения чувств могла идти речь? Я спросила Таню, может ли она отдать мне свой «Мерседес». Она посмотрела на меня недоуменно, думая, вероятно, что ослышалась, настолько парадоксальным был вопрос. Я повторила его ещё и ещё раз.

– Но у меня нет «Мерседеса», – медленно произнесла она.

– Вот видишь, у тебя нет этой машины, и ты не можешь мне её отдать. Так могла ли твоя мама, не имея опыта нежных, тёплых и ласковых отношений со своей мамой, построить эти же отношения с тобой?

Помните, что говорил старик из фильма «Бабочка»? Есть работа МАМЫ, а есть работа МАТЕРИ. Безусловно, работа МАТЕРИ сама по себе очень достойна, но вглядитесь в себя, вспомните себя маленького или маленькую и согласитесь, что ребёнку всегда хочется тёплых МАМИНЫХ РУК, ласкового МАМИНОГО ГОЛОСА и понимающих МАМИНЫХ ГЛАЗ. Этого ему хочется. А получает он вечно занятую, усталую женщину, у которой вместо теплых рук – карающая длань, вместо ласкового голоса – раздражённый окрик, а понимающие глаза превращаются во всевидящее око.

Итак, что мы поняли? Мы поняли, что если любовь не посеяна и не выращена, то где ж её взять? Но обращаю ваше внимание, что это не ВИНА человека, а это его БЕДА, И понятно тогда, что в человеке колоссальное место занимает страх, что его не любят, и что вследствие всего этого он НЕ СВОБОДЕН, и в том числе не свободен в выражении своих чувств.

Интересно, что в процессе обсуждения этой темы Таня вспомнила один эпизод из своей юности. Ей было лет двенадцать, когда родители разошлись. Девочка тяжело переживала этот разрыв, но ещё тяжелее переживала мамины романы и увлечения. И вот однажды вечером она услышала рыдания, доносившиеся из маминой комнаты. Вбежав в комнату, она увидела плачущую, лежащую на диване маму.

– Мамочка, что случилось, почему ты плачешь? – кинулась девочка к маме.

– Меня никто не любит! – сквозь слёзы проговорила женщина.

– Как это никто не любит! А я? Я же тебя люблю! И Костя тебя очень любит!

– Но это же не то… – раздалось в ответ.

Представляете, каково было девочке это услышать? Понятно, что женщина имела в виду свою тоску по мужской ласке, по мужскому вниманию, но девочка‑то понимает всё буквально, что её любовь вторична и вообще мало значима! Эта обида и явилась «краеугольным камнем» в отчуждении матери и дочери. Таня все 30 с лишним лет помнила « это не то …». И только после всех наших рассуждений, после тщательного анализа всех взаимоотношений, она сумела эти обиды переработать и освободиться от них. А когда эта работа была завершена, исчезла неприязнь к маме и напротив, пришло понимание и сочувствие. Таня много плакала во время нашего разговора, но это были очень светлые, целительные слёзы. Они как будто вымывали мусор из её души подобно весеннему дождю, смывающему с тротуара остатки грязного, растаявшего снега.

Почему женщина плачет?

Маленький мальчик спросил маму: «Почему ты плачешь?»

–  Потому что я – женщина.

–  Я не понимаю!

Мама обняла его и сказала: «Этого ты не поймёшь никогда»,

Тогда мальчик спросил у отца: «Почему мама иногда плачет без причины?»

–  Все женщины иногда плачут без причины»,  – всё, что мог ответить отец.

Мальчик вырос, стал мужчиной, но не переставал удивляться: «Почему же женщины плачут?»

Наконец, он спросил у Бога. И Бог ответил:

«Задумав Женщину, Я хотел, чтобы она была совершенной.

Я дал ей плечи такие сильные, чтобы держать весь мир, и такие нежные, чтобы поддерживать детскую головку

Я дал ей дух настолько сильный, чтобы вынести роды и другую боль.

Я дал ей волю, настолько сильную, что она идёт вперёд, когда другие падают, а она заботится о павших, больных и усталых, не жалуясь.

Я дал ей доброту любить детей при любых обстоятельствах, даже если они её обижают.

Я дал ей силу поддерживать мужа.

Я сделал её из его ребра, чтобы она защищала его сердце.

Я дал ей мудрость понять, что настоящий мужчина никогда не причинит женщине боль намеренно, но иногда испытывает её силу и решимость стать рядом с ним без колебаний.

И, наконец, Я дал ей слёзы, и право проливать их, когда ей это необходимо.

И тебе, сын мой, надо понять, что красота Женщины в её глазах, которые открывают дверь в её сердце, в то место, где обитает ЛЮБОВЬ.

 

Спустя какое‑то время Таня рассказала мне о встрече со своей дочерью. Когда я её слушала, моё сердце переполняла радость за эту женщину, потому что эта встреча показала, какой путь она прошла, как изменилась, и на какую нравственную высоту поднялась. Татьяна и сама понимала, что без той работы, которую она проделала, общение с её дочерью не было бы ТАКИМ. Она разрешила мне описать эту встречу здесь, на страницах этой книги, что я с удовольствием и делаю.

– Дочь с мужем приехали в гости, мы их ждали с ужином. И вот между закусками и горячим блюдом, за обычной болтовнёй «ни о чём» моя дочь, как бы между делом, упомянула, что они подумывают о том, чтобы «завести ребёнка».

– Мы тут проводим опрос общественного мнения, – сказала она в шутку.

– Это изменит твою жизнь, – сказала я, стараясь ничем не выдать свои эмоции.

– Я знаю, – отозвалась она, – И в выходные не поспишь, и в отпуск толком не съездишь.

Но это было совсем не то, что я имела в виду. Я смотрела на свою дочь, пытаясь найти такую формулировку, чтобы она поняла то, чему её не научат ни на одних дородовых курсах.

Я смотрела на её ухоженные ноготки и стильный костюм и думала о том, что как бы изысканна она ни была, материнство опустит её на примитивный уровень медведицы, защищающей своего медвежонка. Что встревоженный крик «Мама!» заставит её всё бросить и бежать на помощь.

Я думала о том, что однажды она отправится на деловую очень важную встречу, но думать она будет не о делах, а о сладком запахе детской головки. И ей понадобится вся её сила воли, чтобы не сбежать домой просто ради того, чтобы убедиться, что с её малышом всё в порядке.

Я хотела, чтобы моя дочь знала, что ерундовые каждодневные проблемы уже никогда не будут ерундой. Что желание пятилетнего мальчика пойти в мужской туалет в «Макдоналдсе» станет огромной проблемой. Что там, среди шума и суеты вопросы независимости и половой принадлежности встанут на одну чашу весов, а страх, что там, в туалете, может оказаться насильник малолетних – на другую.

Я хотела, чтобы она знала, что шрам от кесарева сечения или растяжки будут для неё знаками чести.

Я хотела описать дочери чувство восторга, которое переполняет мать, когда она видит, как её ребёнок осваивает мир, чтобы почувствовала радость настолько животрепещущую, что она может причинить боль…

Удивленный взгляд моей дочери дал понять, что у меня на глаза навернулись слёзы.

– Ты никогда не пожалеешь об этом, – сказала я наконец. Я обняла её и мысленно помолилась за неё, за себя, и за всех женщин, кто посвящает себя этому самому чудесному из призваний.

Подумать только, как, оказывается, легко быть счастливым! Просто не нагружать себя грязью и мусором, любить свои же счастливые моменты, помнить о них и ценить их. Помнить о том, как тебе было хорошо, когда ты была влюблена, как был сладок запах твоего малыша, как замирало твоё сердечко, когда он сделал первый шаг или сказал первое слово. Помнить, как тебя переполняла радость от твоего первого профессионального успеха, помнить, как тебя буквально «распирало» от гордости за успехи мужа или детей! А как дурманяще прекрасен аромат раннего весеннего утра в лесу, когда воздух напоён медовым запахом липких тополиных листочков. Вспомнить также грусть прелой осенней листвы, отзывающаяся в твоём сердце светлой печалью Тютчевских строк:

«Есть в осени первоначальной

Короткая, но дивная пора…»

А «хрусталь» первых заморозков, когда, проснувшись, ты выглянул в окно, и возглас восхищения вырвался из твоей груди, потому что к этой сказочной красоте чертогов Снежной Королевы невозможно привыкнуть! А ещё вспомнить огненно‑красный диск солнца, медленно опускающийся в чёрную пучину моря, и оставляющий после себя сверкающий витраж на водной глади…

И цветы, и шмели, и трава, и колосья,

И лазурь, и полуденный зной…

Срок настанет – Господь сына блудного спросит:

«Был ли счастлив ты в жизни земной?»

И забуду я всё – вспомню только вот эти

Полевые пути меж колосьев и трав –

И от сладостных слёз не успею ответить,

К милосердным коленям припав.

Иван Бунин (1918 г.) 

Дополнительная информация